magadansky (magadansky) wrote,
magadansky
magadansky

Воины и упражнения

 photo koryakslukom_zpsb87d45f6.jpg

Коряк с луком.



 photo 4uk4askopyom_zps6a663441.jpg

Чукча с копьем.

 photo parenskamnem_zps5580184b.jpg

Парень с камнем для упражнений. Эскимос или береговой чукча.



По размеру камня можно оценить силу юноши. У северян была достаточно изощренная система упражнений для будущих бойцов. Кроме силы важна была скорость, реакция, ловкость, выносливость. Ниже описание тренировок молодого чукчи, дело происходит в 1910-1930 годах в Алюторском районе Камчатки.



Когда мальчик подрос, отец сделал ему первые лапки — снегоступы. Как только мальчишка выходил из яранги, каждый раз слышался голос отца: «Не забудь лапки, кмигн (сын)!»
Совсем скоро мальчик перестал замечать, что у него на ногах снегоступы. Они несли его, как птичьи крылья, даже по самому рыхлому снегу. Мальчишка вихрем взлетал на склон, по которому взрослые шли проваливаясь.
— Ты скоро бегуном будешь, — говорил ему отец матери.
— Лучше пусть он не будет бегуном, — говорила мать, и глаза ее наполнялись слезами.
— Если он не будет бегуном, то он будет добычей врагов. И дети его будут добычей врагов, — отвечал отец матери.
После его слов больше никто не говорил.
— Хорошо ты научился ходить на лапках, — сказал как-то отец, — только теперь так ходить будешь. — И он старательно прикрутил ремнями к лапкам тяжелые камни.
Когда мальчик наутро привязал лапки к ногам, ему показалось, что земля схватила ноги и держит, не пускает.Прошло много времени, прежде чем Ахалькут стал «летать» на груженных камнями лапках, как и прежде.

Дед решил сделать ему копье. Он достал спрятанный наконечник, ровный, как лист ольхи, и острый, как самый острый нож. Дед поставил мальчишку перед собой и отмерил на рябиновой палке его рост. Потом он вырезал из этой палки древко. Древко было ровное и только почти к самому концу утолщалось почти незаметно для глаза. Дед положил копье поперек на ребро ладони, и оно закачалось на весу, хотя часть в сторону наконечника была длиннее.

Едва рассветало, как только солнышко показывало край из-за сопки, дед поднимал мальчика:
— Вставай, вставай, сбегай принеси мне тополиную ветку.
Ахалькут выходил из полога и не спеша натягивал плекты — коротенькую меховую обувь, сшитую специально для бега. Она так и называлась — «изнурить себя».

Надо было бежать через большую сопку до приметного дерева и возвратиться обратно. Дед показывал, по каким местам надо бежать. Со стороны стойбища это был каменистый и очень крутой склон. Все люди смотрели, как мальчишка бежит по этой стороне.

Наверху сопка густо поросла кедровником. Тут надо было бежать по-особому — высоко прыгать. Мальчик делал несколько шагов и высоко подпрыгивал, подгибая то одну, то другую ногу.
Когда кедровник кончался на другом склоне, он мчался по узкой промоине. Весной здесь сбегала вода и размывала глубокое русло, а летом оно пересыхало. Бежать по промоине приходилось очень быстро и все время поворачиваться в разные стороны.

Потом Ахалькут пробегал по берегу речки, кружившей вокруг сопки, до приметного дерева — тополя. Дед на этом тополе надрубил нижние ветки и поставил отметины на тех, от которых надо было принести палочку.
Мальчик, уставший после пробега, когда ноги дрожали, а в голове стучала кровь, должен был высоко прыгать, чтобы достать эти ветки. Надо было схватить ветку так, чтобы не обломать ее всю, чтобы ее хватило на несколько раз. Если ветка ломалась вся, то за следующей приходилось прыгать еще выше.
Перед тем как садилось солнце, Ахалькут бежал по другой дороге вокруг сопки. Он должен был раскачивать копье так, чтобы наконечник был выше головы, когда он ступал одной ногой, и на уровне пояса, когда он ступал другой.
Мальчик целыми вечерами упражнялся, стараясь попасть копьем в маленькую чурочку, которую дед раскачивал на ремне, привязанном за высокое дерево.
Когда возвратился после летовки отец, и Ахалькут побежал его встречать, то один из пастухов закричал: «Посмотрите! У него как будто два копья в руках!» Так быстро мальчик раскачивал копье.
Ахалькут был уже юношей, когда отец стал готовить его к соревнованиям на торговом празднике. Он каждый день запрягал своих беговых оленей и отправлялся в гости к соседям. Ахалькут бежал, привязанный сзади. Он добегал до соседей, а потом один возвращался на свое стойбище. Отец приезжал скоро, но ни разу не застал его в дороге. Один раз мальчик бежал у него на виду, а отец не мог догнать.

Ахалькут умел бегать, подбрасывая наконечником копья толстую палку, не давая ей упасть. Юноша делал резкие повороты, бросался в обратную сторону, а палка все взлетала над копьем, как привязанная. Его родичи — сыновья его дядей — брали бревно и раскачивали его на ремнях, а парень перепрыгивал его; когда же бревно почти касалось его ног, грозя сломать их, он ложился на землю, так что массивное бревно пролетало сверху. Потом он бросал вверх и вперед свое копье и ловил его на бегу.

Владимир Лебедев, Юрий Симченко "Ачайваямская весна"



Tags: Камчатка, Колыма, Северо-Восток, Чукотка, история, коренные народы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Над морем

    Петров-Маслаков Всеволод Михайлович.Голубое утро. Камчатка. 1979.

  • Остров

    Сотсков Геннадий Алексеевич. Парамушир. 1975 г.

  • Прощаемся с зимой

    Прасков Валерий Трофимович. Перевал Гусакова. Замело. 2006 г.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments