magadansky (magadansky) wrote,
magadansky
magadansky

Categories:

Как японцы захватывали Камчатку.

 Сегодня 68-я годовщина капитуляции Японии. Даже в СССР многими эта победа воспринималась как реванш за поражение в русско-японской войне 1904-05 годов. В этой, в целом неудачной для нас войне, есть малоизвестные, но славные страницы уничтожения японского десанта на западном побережье Камчатки.

 photo pismenakomandiraiaponskogodesantasechugundzi_zpsee84dedf.jpg

Примечательно, что японцы были выбиты силами не строевых частей, а ополченцев - камчатских охотников, отставных военных, ветеранов русско-китайской войны.  Руководил русскими «дружинниками», как он их называл, уже не раз упоминавшийся на страницах «Магаданского обозревателя» Антон Сильницкий, бывший в то время Петропавловским уездным начальником.  Предоставим ему слово.



С двадцатых чисел мая я уже стал получать донесения с различных пунктов Камчатки о вооруженных столкновениях наших дружинников с японцами. В конце мая у деревни Явина на западном берегу Камчатки высадился с Шумшу отряд японцев под начальством лейтенанта Гундзи. Этот отряд численностью до 150 человек занял сказанную деревню, выбросил на крышу ея часовни японский флаг, а затем разослал по Камчатке прокламацию следующаго содержания: «Эта земля принадлежит японскому империю. Кто этого не признает, будет убит». Пришлось подумать о том, как бы прогнать этот, как говорили камчадалы, «дестант».

Одновременно с получением мною упомянутой прокламации я получил эстафету из Гижиги о том, что там жители вследствие недохода в прошлую навигацию пароходов, голодают, причём были уже случаи голодной смерти. Кроме того, я получил и предписание губернатора о том, чтобы ввиду возможности нападения на наши берега японцев вывезти внутрь страны продовольственные запасы. А у меня между тем в складе, построенном непосредственно на берегу Петропавловской бухты, было до 5 000 пудов муки, крупы, соли, кирпичнаго чая и прочее.

На петропавловском рейде с осени стояла конфискованная японская шхуна, потерпевшая во Втором Курильском проливе аварию. В самом же Петропавловске находился командир этой шхуны прапорщик запаса Жаба. Ввиду того, что в момент получения упомянутой  эстафеты о голодовке в Гижигинском крае я уже распорядился двинуть дружины селений, расположенных по долине реки Камчатки, в Явино, чтобы прогнать оттуда Гундзи, я нашёл целесообразным дать подмогу камчатским дружинам и из Петропавловска, тем более ценную, что в составе петропавловской дружины находилось много запасных нижних чинов, из коих некоторые участвовали в русско-китайской войне. А затем я считал необходимым послать что-нибудь инородцам западнаго берега и из товаров за счёт денег, оставшихся от их ясака и, как сказано выше, посланных мною губернатору, причём, конечно, ввиду войны я уже не мог разсчитывать получить из Владивостока товары. А последние в Петропавловске во всяком случае были втрое дешевле, чем на западном берегу Камчатки. По этим соображениям я и решился снарядить в морской поход из Петропавловска в Явинское, оттуда в Тигиль, из Тигиля в Гижигу, а оттуда обратно в Петропавловск.

Жаба приступил к конопатке шхуны, к ея осмолке, к шитью разорванных осеннею бурею парусов, к исправлению руля и к прочим ремонтным работам. Всё делалось средствами, бывшими под руками. Работа спорилась. И охотников плыть набралось «видимо-невидимо», так что пришлось выбирать. Между прочим уже в июне  месяце мне пришлось арестовать крестьянина селения Паратунские Ключи Егора Евойловскаго, убившаго по побуждениям ревности человека, и в этом признавшагося. Дозволить ему гулять на свободе я не имел права, держать его под арестом я тоже не мог, так как у меня не было людей для караульной службы. И вот я решился посадить его на шхуну и даже вооружить. «Тебе придётся драться с японцами, — сказал я ему, — вот и искупай свою вину или умирай в бою». И Евойловский, как потом оказалось, вёл себя в бою с японским отрядом, что засел в Явино, выше всяких похвал, за что по моему ходатайству он и был высочайше
помилован за своё преступление.

Шхуна с большим грузом казённых припасов, направленных мною в Гижигу, с запасом товаров, приобретённых покупкою в Петропавловских магазинах, и с командою в 32 человека вышла из Петропавловска 16-го июня и направилась на западный берег Камчатки. Ея плавание, могу сказать уверенно, составляет одну из отрадных страниц истории нашей войны с японцами. Утлое судно, кое-как скреплённое на петропавловских «верфях», отправилось в плавание за тысячи верст, рискуя ежеминутно встретиться с японским судном, а затем имея своей задачей высадить у селения Явинскаго «дестант» для действия против высадившагося сильнаго врага. И шхуна блистательно исполнила свою задачу.

Она не только высадила в указанном месте посланных мною дружинников, но и высадила их как раз во время, когда наши дружины уже разведывали расположение японцев. Вслед за соединением петропавловских дружинников, пришедших морем, и дружинников, пришедших сухопутьем, наши напали на японский лагерь. Нападение было неожиданно. Японцы растерялись. Но всё же они оказали отчаянное сопротивление. В этом столкновении наших дружин с японским отрядом, высадившимся с острова Шумшу, мы потеряли двух убитыми и четырёх ранеными. С японской стороны убито и ранено 32 человека. Такой результат боя с малыми для нас потерями объясняется тем, что наши дружинники напали на японский отряд скрадом, ползком на животах, причём первый залп по японцам они сделали уже почти в черте самаго лагеря, поросшаго высоким камчатским шаломайником (папортниковое растение).

Японский начальник Гундзи был взят в плен, японский флаг был сорван, и разбитые японцы бежали на свою шхуну, на которой, пользуясь ветром, и уплыли. Наши провожали шхуну огнём, пока она была в черте досягаемости выстрелов. Полагать надо, что и на шхуне были убитые. А одна шлюпка, на которой спаслись японцы, была потоплена нашими выстрелами, причём погибли и плывшие на ней люди, числом до 12 человек. Всего же японцы потеряли до 44 человек.

Бой у селения Явинскаго во всяком случае показал, что сформированныя мною дружины не были «буффонадой», тем более, что за лето 1904 года на обоих берегах Камчатки ими было убито до двухсот человек японцев и сожжено десятка два хищнических шхун. Утвердительно могу сказать, что за весь рыболовный сезон 1904 года японцы не вывезли из Камчатки ни одной рыбы, ибо таковую охраняли наши дружинники.
Tags: Дальний Восток, Камчатка, Северо-Восток, история
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Сибиряки

    Крестьяне Енисейской губернии. Рубеж XIX-XX вв.

  • Добрый разбойник

    Субботин Николай Андреевич. Клипер "Разбойник". 1894 г.

  • Семья

    Васильев Алексей Александрович. Шаман с жёнами. 1939 г.

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments